Очень правильная постановка вопроса.
Dec. 21st, 2012 08:02 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
masterdlМарк Солонин.
"...Если вам удастся не упасть со стула от изумления, то "традиционалисты", возможно, согласятся пояснить свою позицию. Вы услышите, что директивы наркома обороны, планы оперативного развертывания войск, протянувшиеся к Кракову, Варшаве, Хельсинки красные стрелки на совершенно секретных картах - все это ерунда, "пустые бумажки, никого ни к чему не обязывающие". А что же надо? А нужно Принципиальное Политическое Решение (ППР), т.е. бумага с подписью Сталина и его собственноручным указанием о том, что именно данное решение должно считаться принципиальным и политическим - без этого никак.
Забавно, но повторив свой "неотразимый аргумент" сотни раз, традиционалисты так и не удосужились привести хотя бы один образец ППР (лично я с особым удовольствием ознакомился бы с ППР, в котором тов. Сталин приказывает крепить мир во всем мире). Именно в контексте бредовой дискуссии про ППР особенно показательным является пример советско-финляндской войны 1939-1940 г.г. Война была. К несчастью, это абсолютно достоверный факт, подтверждаемый трагической судьбой сотен тысяч солдат Красной Армии. Но при том никакого "политического решения о нападении на Финляндию", собственноручно подписанного Сталиным, никто не нашел. И не найдет. А подпись Сталина на "политическом решении" о заключении пакта Молотова-Риббентропа кто-нибудь видел?
На этом месте минимально-приличные традиционалисты "сбавляют обороты" и уже не столь громко задают второй из двух "неотразимых" вопросов: "А где же подпись Сталина на упомянутых вами документах военного руководства?"
Вопрос интересный, и мы рассмотрим его в двух возможных плоскостях. С точки зрения бюрократического идиотизма ответом может быть только встречный вопрос: "А в каком месте директивы наркома обороны должен (имел право) расписаться депутат Верховного Совета СССР товарищ Джугашвили (Сталин)? Кто вообще посмел показать ему особой важности совершенно секретный документ?"
Вплоть до 5 мая 1941 г. Сталин не занимал никаких государственных должностей. На воинской службе не состоял, командирских званий не имел. Даже в качестве "членов Высшего военного совета" числились два других секретаря ЦК (Жданов и Маленков). В соответствии со Сталинской Конституцией право решения вопросов войны и мира принадлежало Верховному Совету СССР, а в перерывах между сессиями - Президиуму ВС во главе со "всенародным старостой" Калининым. Странно, но подпись Калинина никто из традиционалистов не требует…"
Чтобы ответить на этот простой вопрос нужно взглянуть на деятельность товарища Сталина, как на обыкновенную банду, которая использовала бутафорию, вроде Верховного Совета СССР, исключительно для того, чтобы использовать ресурсы для грабежа не только бесплатно, но и даже гарантированно иметь силовую защиту от конкурентов.
Зачем им оставлять свои подписи на тех документах, которые должны подписать поставленные ими на должности люди? Они ведь по плану должны были за все и ответить...Ну ни у кого же сейчас уже не вызывает сомнения тот факт, что в Нюрнберге судили "козлов отпущения"?
"...Если вам удастся не упасть со стула от изумления, то "традиционалисты", возможно, согласятся пояснить свою позицию. Вы услышите, что директивы наркома обороны, планы оперативного развертывания войск, протянувшиеся к Кракову, Варшаве, Хельсинки красные стрелки на совершенно секретных картах - все это ерунда, "пустые бумажки, никого ни к чему не обязывающие". А что же надо? А нужно Принципиальное Политическое Решение (ППР), т.е. бумага с подписью Сталина и его собственноручным указанием о том, что именно данное решение должно считаться принципиальным и политическим - без этого никак.
Забавно, но повторив свой "неотразимый аргумент" сотни раз, традиционалисты так и не удосужились привести хотя бы один образец ППР (лично я с особым удовольствием ознакомился бы с ППР, в котором тов. Сталин приказывает крепить мир во всем мире). Именно в контексте бредовой дискуссии про ППР особенно показательным является пример советско-финляндской войны 1939-1940 г.г. Война была. К несчастью, это абсолютно достоверный факт, подтверждаемый трагической судьбой сотен тысяч солдат Красной Армии. Но при том никакого "политического решения о нападении на Финляндию", собственноручно подписанного Сталиным, никто не нашел. И не найдет. А подпись Сталина на "политическом решении" о заключении пакта Молотова-Риббентропа кто-нибудь видел?
На этом месте минимально-приличные традиционалисты "сбавляют обороты" и уже не столь громко задают второй из двух "неотразимых" вопросов: "А где же подпись Сталина на упомянутых вами документах военного руководства?"
Вопрос интересный, и мы рассмотрим его в двух возможных плоскостях. С точки зрения бюрократического идиотизма ответом может быть только встречный вопрос: "А в каком месте директивы наркома обороны должен (имел право) расписаться депутат Верховного Совета СССР товарищ Джугашвили (Сталин)? Кто вообще посмел показать ему особой важности совершенно секретный документ?"
Вплоть до 5 мая 1941 г. Сталин не занимал никаких государственных должностей. На воинской службе не состоял, командирских званий не имел. Даже в качестве "членов Высшего военного совета" числились два других секретаря ЦК (Жданов и Маленков). В соответствии со Сталинской Конституцией право решения вопросов войны и мира принадлежало Верховному Совету СССР, а в перерывах между сессиями - Президиуму ВС во главе со "всенародным старостой" Калининым. Странно, но подпись Калинина никто из традиционалистов не требует…"
Чтобы ответить на этот простой вопрос нужно взглянуть на деятельность товарища Сталина, как на обыкновенную банду, которая использовала бутафорию, вроде Верховного Совета СССР, исключительно для того, чтобы использовать ресурсы для грабежа не только бесплатно, но и даже гарантированно иметь силовую защиту от конкурентов.
Зачем им оставлять свои подписи на тех документах, которые должны подписать поставленные ими на должности люди? Они ведь по плану должны были за все и ответить...Ну ни у кого же сейчас уже не вызывает сомнения тот факт, что в Нюрнберге судили "козлов отпущения"?
