Васильчиковы - отец и сын.
Jul. 13th, 2013 02:14 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
masterdl"...Илларион Васильевич Васильчиков (1775 или 1777—1847) происходил из старинного дворянского рода. Родители его — бригадир Василий Алексеевич и Екатерина Илларионовна (урожденная Овцына). Илларион Васильевич начал службу в 1792 году унтер-офицером в лейб-гвардии Конном полку. В 1793 году произведен корнетом, а с 1799 года — камергер. Служба в гвардии и при дворе сблизила его с наследником престола, будущим императором Александром Павловичем. При вступлении его на престол И.В. Васильчиков был произведен в генерал-майоры и пожалован в генерал-адъютанты. Назначенный вскоре командиром Ахтырского гусарского полка, Илларион Васильевич принял в этом качестве участие в войне с Францией 1806—1807 годов, отличившись в Пултусском сражении. Во время Отечественной войны 1812 года и заграничных походов русской армии 1813—1814 годов И.В. Васильчиков, командуя сперва кавалерийской бригадой, а затем корпусом, участвовал почти во всех крупнейших сражениях — под Миром, при отступлении к Смоленску, при Бородино, Тарутине, Малоярославце, Борисове, Бауцене, Кацбахе, Лейпциге, Дрездене и пр., навсегда вписав свое имя на страницы военной истории русской армии. За «отличие в сражении при Бриенне» он удостоен ордена Св. Георгия 2-й степени. По заключении Парижского мира И.В. Васильчиков был послан с известием о нем в Москву. С 1814 года он командовал гвардейской легкой кавалерией, с 1817 года — гвардейским корпусом. При нем произошла знаменитая «Семеновская» история, после которой он вышел в отставку и вскоре был назначен членом Государственного Совета. Во время событий 14 декабря 1825 года на Сенатской площади в Петербурге именно Илларион Васильевич убедил императора Николая Павловича принять решительные меры для подавления восстания: «Государь, нельзя терять ни минуты, теперь не остается ничего, кроме картечи... чтобы спасти Вашу империю». При этом И.В. Васильчиков являлся сторонником такой внутренней политики, которая учитывает происходящие изменения в обществе и адекватно реагирует на них. Так, в 1820 году он писал: «Революция в умах уже существует, и единственное средство не потопить корабля, это не натягивать больше парусов, чем ветер позволит». С 1831 года И.В. Васильчиков командовал войсками в Петербурге и окрестностях, в 1833—1847 годах — был шефом Ахтырского гусарского полка и генерал-инспектором кавалерии. В 1838 году император Николай Павлович, чьим безграничным доверием пользовался Илларион Васильевич, назначил его председателем Государственного Совета и Комитета министров. А 1 января 1839 года Васильчиков возведен в княжеское достоинство. Скончался Илларион Васильевич 21 февраля 1847 года и был погребен недалеко от своего родового имения на Струпинском погосте в Новгородской губернии.
По отзывам современников князь Васильчиков был самой привлекательной личностью из всего окружения Николая I. "Рассудительный, правдолюбивый, бескорыстный, самостоятельный в своих мнениях, истинный рыцарь чести... один из не-многих, кто не гнул спины перед всесильным Аракчеевым... он заслуженно пользовался доверием Александра I и Николая I. Отношение Николая I к И.В. Васильчикову прекрасно характеризуется выпиской из духовного завещания императора: «Душевно благодарю князя Иллариона Васильевича за его постоянную ко мне привязанность... он был мне другом, наставником и впоследствии первым помощником в государственных делах. Государи должны благодарить небо за таких людей»."
"...Виктор Илларионович Васильчиков (1820—1878) выбрал традиционное для его рода военное поприще. По окончании Пажеского корпуса в 1839 году служил корнетом лейб-гвардии Конного полка. В 1842 году в качестве адъютанта генерала П.Х. Граббе участвовал в экспедициях против горцев Кавказа, с 1849 года находился при действующей армии во время Венгерской кампании. После начала Крымской войны отправился на Дунай, где сперва состоял при командующем Южной армии князе М.Д. Горчакове, а с января 1854 года исполнял должность начальника штаба Малахо-Валашского отряда. В ноябре того же года полковник Васильчиков был назначен начальником штаба севастопольского гарнизона. Виктор Илларионович прибыл в Севастополь в октябре 1854 года вместе с полками 12-й армии, посланной на помощь осажденному городу. 19 ноября того же года он был назначен исполняющим должность начальника штаба гарнизона. В сложнейших условиях неразберихи и беспорядков, царивших в Севастополе вследствие неудачного руководства штабом гарнизона предыдущим его начальником, он деятельно занялся устройством всех частей управления. На этом посту князь Васильчиков проявил себя как замечательный администратор и бесстрашный офицер. Он уделял много внимания улучшению положения раненых в госпиталях и перевязочных пунктах, урегулированию нарядов войск на работы, снабжению войск всем необходимым, сокращению расхода пороха и снарядов и т. д. По свидетельству очевидцев «в скором времени его влияние обозначилось повсюду». «С назначением князя Васильчикова многое изменилось к лучшему, насколько это было возможно среди сумятицы выполнения всех военных потребностей города». При этом он поражал всех своим мужеством и хладнокровием, ежедневно объезжая под обстрелом противника всю оборонительную линию. Авторитет князя Васильчикова и полезность его деятельности признавались в Севастополе всеми. Сам адмирал П.С. Нахимов говорил; «...убьют-c меня, убьют-с вас, это ничего-с, а вот если израсходуют кн. Васильчикова — это беда-с: без него не сдобровать Севастополю». И после гибели Нахимова именно Виктор Илларионович стал «душой» обороны Севастополя. За отражение второй бомбардировки гарнизоном в апреле 1855 года он был произведен в генерал-майоры с назначением в свиту Его Императорского Величества. За вклад в организацию и руководство обороной города он награжден многими наградами и орденами — св. Георгием 3-й степени, св. Владимиром 3-й степени, золотым палашом с надписью «За храбрость» и другими, званием генерал-адъютанта. Виктор Илларионович руководил организацией перехода гарнизона Севастополя в одну ночь с 27 на 28 августа 1855 года на Северную сторону, взяв на себя ответственность за эту рискованную операцию и оставив развалины города в числе последних. По словам военного инженера К.Д. Хлебникова, «без кн. Васильчикова оборона Севастополя не имела бы и половины успеха, какой был достигнут в действительности». Государь повелел в зале Пажеского корпуса, который окончил Виктор Илларионович, повесить мраморную доску с надписью: «Князь Виктор Васильчиков. Выпущен в 1839 г. 1854—1855 гг. Севастополь».
С ноября 1855 года по апрель 1856 года князь Васильчиков — начальник штаба Южной армии. В мае 1856 года «...назначен председателем Высочайше утвержденной следственной комиссии для открытия и дознания беспорядков и злоупотреблений по продовольствию войск бывшей Крымской и Южной армий и по содержанию госпиталей южного края». Основным итогом работы комиссии стал вывод о том, что причины этих злоупотреблений — в недостатках военной администрации. Главный вывод Крымской кампании для самого В.И. Васильчикова заключался в убеждении, что плачевный для России исход войны является предостережением, «...чтобы мы, русские, не зазнались окончательно, взглянули серьезно на внутренние наши неурядицы и подумали о врачевании своих недугов». С 1857 года В.И. Васильчиков исполнял должность начальника канцелярии военного министерства. В 1858 году назначен товарищем военного министра, неоднократно в отсутствии военного министра исполнял должность управляющего министерством.
В 1860 году в виду расстроенного здоровья оставил пост товарища военного министра, а через год был уволен в бессрочный отпуск и поселился в Трубетчино."
Есть ли в Севастополе хоть одна памятная доска о сыне начальнике штаба гарнизона В.И.Васильчикове?
Нет! Почему - отец был с "неправильной" биографией, участвовал в подавлении восстания на Сенатской площади? Доколь же можно юзать классовый подход в назначении героев?
Давайте перейдем к чистой математике. Есть роль Меншикова, Васильчикова, Новосильского, Моллера, Станюковича, Тотлебена...и все это двухзначные цифры "значимости"! При этом с большим "скрипом" нам сдают (без указания званий и как бы в подчинении правильным начальникам) только Тотлебена. Но если "больше половины" за Васильчиковым, то какой цифрой оценить вклад Корнилова, который до своей сумасбродной смерти отдал один приказ на оборону гарнизона? Что такое душа обороны, если по заявлению самого Нахимова он ничего не понимал в том "деле", на которое его поставили?
По отзывам современников князь Васильчиков был самой привлекательной личностью из всего окружения Николая I. "Рассудительный, правдолюбивый, бескорыстный, самостоятельный в своих мнениях, истинный рыцарь чести... один из не-многих, кто не гнул спины перед всесильным Аракчеевым... он заслуженно пользовался доверием Александра I и Николая I. Отношение Николая I к И.В. Васильчикову прекрасно характеризуется выпиской из духовного завещания императора: «Душевно благодарю князя Иллариона Васильевича за его постоянную ко мне привязанность... он был мне другом, наставником и впоследствии первым помощником в государственных делах. Государи должны благодарить небо за таких людей»."
"...Виктор Илларионович Васильчиков (1820—1878) выбрал традиционное для его рода военное поприще. По окончании Пажеского корпуса в 1839 году служил корнетом лейб-гвардии Конного полка. В 1842 году в качестве адъютанта генерала П.Х. Граббе участвовал в экспедициях против горцев Кавказа, с 1849 года находился при действующей армии во время Венгерской кампании. После начала Крымской войны отправился на Дунай, где сперва состоял при командующем Южной армии князе М.Д. Горчакове, а с января 1854 года исполнял должность начальника штаба Малахо-Валашского отряда. В ноябре того же года полковник Васильчиков был назначен начальником штаба севастопольского гарнизона. Виктор Илларионович прибыл в Севастополь в октябре 1854 года вместе с полками 12-й армии, посланной на помощь осажденному городу. 19 ноября того же года он был назначен исполняющим должность начальника штаба гарнизона. В сложнейших условиях неразберихи и беспорядков, царивших в Севастополе вследствие неудачного руководства штабом гарнизона предыдущим его начальником, он деятельно занялся устройством всех частей управления. На этом посту князь Васильчиков проявил себя как замечательный администратор и бесстрашный офицер. Он уделял много внимания улучшению положения раненых в госпиталях и перевязочных пунктах, урегулированию нарядов войск на работы, снабжению войск всем необходимым, сокращению расхода пороха и снарядов и т. д. По свидетельству очевидцев «в скором времени его влияние обозначилось повсюду». «С назначением князя Васильчикова многое изменилось к лучшему, насколько это было возможно среди сумятицы выполнения всех военных потребностей города». При этом он поражал всех своим мужеством и хладнокровием, ежедневно объезжая под обстрелом противника всю оборонительную линию. Авторитет князя Васильчикова и полезность его деятельности признавались в Севастополе всеми. Сам адмирал П.С. Нахимов говорил; «...убьют-c меня, убьют-с вас, это ничего-с, а вот если израсходуют кн. Васильчикова — это беда-с: без него не сдобровать Севастополю». И после гибели Нахимова именно Виктор Илларионович стал «душой» обороны Севастополя. За отражение второй бомбардировки гарнизоном в апреле 1855 года он был произведен в генерал-майоры с назначением в свиту Его Императорского Величества. За вклад в организацию и руководство обороной города он награжден многими наградами и орденами — св. Георгием 3-й степени, св. Владимиром 3-й степени, золотым палашом с надписью «За храбрость» и другими, званием генерал-адъютанта. Виктор Илларионович руководил организацией перехода гарнизона Севастополя в одну ночь с 27 на 28 августа 1855 года на Северную сторону, взяв на себя ответственность за эту рискованную операцию и оставив развалины города в числе последних. По словам военного инженера К.Д. Хлебникова, «без кн. Васильчикова оборона Севастополя не имела бы и половины успеха, какой был достигнут в действительности». Государь повелел в зале Пажеского корпуса, который окончил Виктор Илларионович, повесить мраморную доску с надписью: «Князь Виктор Васильчиков. Выпущен в 1839 г. 1854—1855 гг. Севастополь».
С ноября 1855 года по апрель 1856 года князь Васильчиков — начальник штаба Южной армии. В мае 1856 года «...назначен председателем Высочайше утвержденной следственной комиссии для открытия и дознания беспорядков и злоупотреблений по продовольствию войск бывшей Крымской и Южной армий и по содержанию госпиталей южного края». Основным итогом работы комиссии стал вывод о том, что причины этих злоупотреблений — в недостатках военной администрации. Главный вывод Крымской кампании для самого В.И. Васильчикова заключался в убеждении, что плачевный для России исход войны является предостережением, «...чтобы мы, русские, не зазнались окончательно, взглянули серьезно на внутренние наши неурядицы и подумали о врачевании своих недугов». С 1857 года В.И. Васильчиков исполнял должность начальника канцелярии военного министерства. В 1858 году назначен товарищем военного министра, неоднократно в отсутствии военного министра исполнял должность управляющего министерством.
В 1860 году в виду расстроенного здоровья оставил пост товарища военного министра, а через год был уволен в бессрочный отпуск и поселился в Трубетчино."
Есть ли в Севастополе хоть одна памятная доска о сыне начальнике штаба гарнизона В.И.Васильчикове?
Нет! Почему - отец был с "неправильной" биографией, участвовал в подавлении восстания на Сенатской площади? Доколь же можно юзать классовый подход в назначении героев?
Давайте перейдем к чистой математике. Есть роль Меншикова, Васильчикова, Новосильского, Моллера, Станюковича, Тотлебена...и все это двухзначные цифры "значимости"! При этом с большим "скрипом" нам сдают (без указания званий и как бы в подчинении правильным начальникам) только Тотлебена. Но если "больше половины" за Васильчиковым, то какой цифрой оценить вклад Корнилова, который до своей сумасбродной смерти отдал один приказ на оборону гарнизона? Что такое душа обороны, если по заявлению самого Нахимова он ничего не понимал в том "деле", на которое его поставили?
