"...Лишь несколько лет назад эксперты военно-исторического отдела при Бундесвере в Потсдаме после всеобъемлющего изучения немецких и советских документов воссоздали реальное развитие событий. При этом выяснилось, что
Кроме того Красная армия потеряла более 300 тысяч солдат, а Вермахт – 54 182. Решающая победа должна вообще-то выглядеть иначе."
Читать далее:
http://www.inosmi.ru/russia/20130715/210958326.html?id=210972793#ixzz2ZQEGinef"...Что касается сражения под Прохоровкой, то советский генерал Павел Ротмистров рассказывал о 400 подбитых немецких танках, в том числе о новых «Пантерах» и «Фердинандах». Фризер, однако, изучил доклады немецких участников битвы и констатировал: «
Второй танковый корпус СС не мог потерять танки типов «Пантера» и «Фердинанд», потому что у него их просто не было». Утверждение Ротмистрова, что его войска вывели и строя 70 «Тигров», также безосновательно. «В тот день к бою были готовы всего 15 танков этого типа, из которых лишь
пять были задействованы под Прохоровкой».
"...При этом немцам еще повезло.
До сих пор не ясно, почему Ставка, штаб Сталина, не знала о точной дате начала наступления. В любом случае советская артиллерия сразу после полуночи подвергла интенсивному обстрелу немецкие позиции.
Но эти действия оказались преждевременными, поскольку основные силы так далеко еще не выдвинулись.
И воздушный налет с использованием бомбовых ударов и штурмовой авиации оказался катастрофой:
советские самолеты была заблаговременно обнаружены радарами дальнего радиуса действия типа «Freya», и поэтому бывшие уже наготове немецкие машины вовремя изменили свои планы. Срочно были подняты в воздух истребители, которым удалось сбить 120 вражеских самолетов.
«Значительные потери»
Новые исследования, проведенные Центром военно-исторических исследований в Потсдаме, показали, что советский превентивный удар, осуществленный 5 июля, не имел решающего влияния на исход сражения, как это указывается в российской историографии. В первый день Красная Армия потеряла 425 самолетов, тогда как немецкая военная авиация Люфтваффе только 33. Тогда она в последний раз в ходе войны смогла добиться преимущества в воздухе.
...На самом деле им удалось более глубоко вклиниться в советскую систему обороны, однако решающего прорыва они не смогли осуществить. «Это было тягостное и вызывающее значительные потери воздействие колоссальной оборонительной системы, внутреннее пространство которой было напичкано минами и многими другими видами вооружений, и конца им не было видно», - говорится в одном из докладов.
«Оба руководящих штаба наблюдали за этой устрашающей эскалацией с жестоким и тупым удовлетворением: немецкие офицеры еще никогда не видели так много советских самолетов, тогда как советские командующие никогда раньше не видели… такого массового скопления немецких танков», - так описывает сражение под Курском британский историк Джон Эриксон (John Erickson).
Антониус Йон (Antonius John), немецкий танкист, сумевший выжить в этом аду, имел свой взгляд на «поле сражения, на котором каждое дерево и каждый кустарник были уничтожены, повсюду были разбросаны разрушенные орудия, сгоревшие танки и сбитые самолеты». В своих автобиографических воспоминаниях об этой битве он говорит о том, что ему представлялись «картины конца света, которые грозили ввергнуть в отчаяние уцелевшего человека – если только он не обладал самыми крепкими нервами… И явно проявлявшиеся масштабы, характерные для конца света, казалось, делали вполне уместным употребление слова «ад».
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
masterdl
