masterdl

Последняя воля приговоренного к смерти - закон! Или будем и это обсуждать?

Читаем текст из обсуждения статьи адвоката Кузнецова.

"

11.08.10 15:59 Aldr

Из доклада, представленного командованием Северного Флота в комиссию по расследованию причин гибели «Курска»: «… на левом борту ПЛ в районе 24-го шпангоута между первым и вторым отсеком обнаружена пробоина размером 2х3 метра. Края пробоины загнуты внутрь и оплавлены…». Значит, внешний удар имел место быть, раз края загнуты внутрь. Но допустим, что ребята ошиблись. Вернемся к взрыву торпеды. Для такого гиганта, как «Курск» − это укус клопа в слоновью
задницу. Возник пожар в первом отсеке, который был прекрасно провентилирован и газообразные примеси того же сурьмянистого водорода в отсеке накопиться не могли, пожар не мог быть объемным. У личного состава было время на объявление аварийной тревоги, задраивание межотсечных переборок, а командир просто обязан был успеть произвести всплытие с аварийным продуванием балласта и дать оповещение (сигнал № 3 проходит за 0,05 мк/сек) об аварии на подводной лодке.
Гораздо более страшный объемный пожар произошел в 1967 году в торпедном отсеке «К-3»: горящие люди вырвались во второй отсек, но командир отсека кап. лейтенант Маляр исполнил свой долг до конца и спиной закрыл задраенную кремальеру, преградив доступ в третий и последующие отсеки.

Далее, как утверждает высокая комиссия, на «Курске» сдетонировала какая-то часть из 22 торпед и разнесла в пух и прах первые два отсека. Более чем сомнительно…

Термин «детонация» в данном случае неприемлем, так как торпеды вообще не могут сдетонировать − на них установлены три степени защиты. При очень высокой температуре (свыше трех тысяч градусов) может взорваться боезапас, но… во-первых, при вырванных первым взрывом крышках торпедного аппарата в отсек хлынула бы забортная вода. Это уже существенный фактор для понижения температуры горения. Во-вторых, торпеды не могли сдетонировать все сразу (поэтому комиссией и были притянуты за уши «восемь» взрывов, якобы услышанных гидроакустиками. Но во всех отчетах до этого фигурировали только два взрыва: в 11.28 и в 11.30). Даже, допуская возможность взрыва боезапаса одной торпеды от сверхвысокой температуры, поступившая через образовавшуюся пробоину забортная вода окончательно локализовала бы очаг возгорания… Поэтому, господин бывший генеральный прокурор, ваша версия абсолютно не годится для людей, чьи лучшие годы жизни прошли внутри прочного корпуса...
И не мог Дима Колесников не написать в своем посмертном послании − в первую очередь! − о причинах разыгравшейся трагедии. Находясь в кормовом отсеке, он мог не знать подробностей, но, наверняка, описал факт смертельного удара… И была в этой записке одна фраза, волей случая ставшая гласной, несмотря на весь ореол секретности вокруг «личного» письма − «…я бы их всех перестрелял…». На подводной лодке пистолетов нет. Значит, Дима мечтал осуществить свое желание на берегу. Если бы Колесников в своей посмертной записке написал о взрыве торпеды, то это послание не только не стали бы засекречивать, а совсем наоборот - предъявили бы в качестве основного доказательства, подтверждающего государственную версию.

"
-------
Прим. Я бы обратил внимание на крышки торпедных аппаратов "летающих" по лодке в различных версиях. Оценил материал и толщину прочного корпуса и переборок (расчетные нагрузки аналогичные) - почитал бы основы физики 9-10 класс.
А еще бы - исполнил последнюю волю погибшего!

А чтобы была понятна обстановка среди "настоящих пацанов" еще бы показал (раз десять подряд) по центральным каналам перепуганную охрану, обжимавшую "престолонаследника" в Сочи...