Обратите внимание на оценки деятельности Кутузова - предшественника Чичагова.
"...Перед лицом надвигавшейся с Запада угрозы наполеоновского
вторжения царь решает укрепить позиции России на юге, объединив
сухопутные войска и Черноморский флот под единым командованием
адмирала Чичагова. В данном случае император, судя по имеющимся
данным, преследовал далеко идущую цель – организовать нападение
на Францию «путём обходного маневра» с юга при поддержке
славянских народов Балкан и Турции. В своём рескрипте на имя
Чичагова от 9 апреля 1812 года Александр I писал: «Избрав Вас
Главнокомандующим Дунайской Армею, вверяем Вам равномерно и
Главное Начальство над Черноморским Флотом. К полной власти
Главнокомандующего присовокупляем и Главное Управление
княжествами Молдавским и Валахским, равно и всеми странами, кои
могут быть заняты сухопутными и морскими силами, Вам
вверенными» [28] . Вот что писал французский историк Тьер о
назначении Чичагова командующим Дунайской армией и Черноморским
флотом:
«Александр имел при себе человека, убеждения которого почти
либеральные, ум блестящий и живой, ему (императору) нравились и
подавали надежду на великие заслуги; это был адмирал Чичагов.
Государь остановил выбор на нём, для весьма важного поручения на
востоке, и выбор был весьма удачен, так как адмирал был
действительно годен как с практической, так и идеальной стороны
для роли, которую должен был играть в этих странах... Блестящее
воображение, столь же неутомимая энергия адмирала соответствовали
тем ролям, столь различным и смелым»[29].
В апреле 1812 г. Чичагов сменяет на должности командующего
Дунайской армии М.И. Кутузова, которого царь отправляет в
отставку. Замена Кутузова Чичаговым готовилась императором в
тайне. Но Кутузову удалось об этом узнать и он поспешил
предпринять упреждающий шаг, форсировав[vi] подписание с турками
Бухарестского мирного договора с тем, чтобы лавры этой
«дипломатической победы» достались ему, а не Чичагову. Старый
полководец, недовольный своей отставкой, затаил обиду как на
царя, так и на своего сменщика. Кстати сказать, Кутузова давно
настроил против Чичагова его родственник А.С. Шишков, который,
как было сказано выше, ещё в бытность императором Павла I
завидовал Чичагову и не мог смириться с тем, что Чичагов был
старше его по званию. Не остался в стороне и занимавший одно
время должность министра иностранных дел граф Николай Румянцев,
который ненавидел и Чичагова, и Кутузова. Румянцев был одним из
тех, кто немало потрудился, чтобы поссорить Чичагова и Кутузова.
Эти обстоятельства, в частности, неприязнь Кутузова сыграют в
дальнейшем роковую роль для судьбы адмирала. Но вернёмся к
Чичагову. Ознакомившись с положением дел на вверенном ему
участке, он нашёл дунайские княжества в плачевном состоянии, а
дисциплину в армии почти разваленной, что явилось следствием
многочисленных злоупотреблений, допущенных Кутузовым и его
окружением. «Проезжая через Молдову и Валахию, – писал Чичагов в
своём дневнике, – я не раз замечал покинутые жилища и узнавал,
что их владельцы бежали из страны или укрылись в лесах, чтобы
избежать реквизиций властей и притеснений со стороны солдат. Эти
переселения происходили преимущественно во время расквартирования
войск. Дисциплина была настолько расстроена, что начался грабёж,
и военные забирали у торговцев всё, что им хотелось. Я был
вынужден подвергнуть солдат своей почётной охраны суровым
наказаниям, поскольку они брали провизию прямо в соседних домах.
Но следует ли удивляться распущенности солдат, когда генерал
Кутузов, озабоченный исключительно собственными удовольствиями,
не постеснялся с помощью своих прислужников похитить и выслать из
страны члена Дивана Валахии (местного административного органа –
В.Ю. ), мужа одной из своих любовниц? Щедрый на услуги своим
любовницам, он предоставлял их друзьям и протеже исключения из
правил при дунайских таможнях. Караваны, приходившие из
Андрианополя, делали из этих таможен настоящий источник
богатства, который, однако, был истощён этой узаконенной
контрабандой и казнокрадством чиновников, которые присваивали
оставшееся. Таким образом, в этих столь плодородных княжествах,
которые вместе с Бессарабией и турецкими владениями на румынском
берегу Дуная (райатами) могли давать 20 миллионов рублей дохода,
Россия была вынуждена оплачивать и содержать армию, оставшуюся
без денег и продовольствия, за свой счёт...»[30] Адмирал должен
был бороться против застарелых устоев коррупции; он всегда
оставался бдительным и его трудно было обмануть, он всегда был
непоколебимо честен и умел окружить себя толковыми людьми, такими
как Стурдза, Каподистрия и митрополит Игнатий[vii] . Три месяца
потребовалось Чичагову, чтобы навести должный порядок в зоне
своей ответственности, укрепить воинскую дисциплину, подорвать
устои коррупции, сократить на две трети подати, изымаемые с
населения, добиться значительного пополнения армейской кассы за
счёт таможенных поступлений.
Важным результатом принятых мер было налаживание отношений с
местным населением, которое стало относиться к русским с прежней
симпатией. При этом Чичагов не упускал из вида поставленную
императором задачу добиваться от Турции согласия на заключение с
Россией «наступательного и оборонительного союза» против
наполеоновской Франции и её союзников, т.е. того, чего не сделал
Кутузов, поспешив подписать Бухарестский мирный договор.
Дипломатический демарш с заключением союза с Турцией позволил бы,
по расчётам Александра I, заполучить ополчения сербов, боснийцев
и других христианских народов и усилить Дунайскую армию для
нанесения «отвлекающего удара» по югу Франции. В случае отказа
Турции от «наступательного и оборонительного союза» с Россией
допускалась возможность возобновления военных действий против
Турции, чтобы вынудить её вступить в такой союз. Адмирал Чичагов
выступил с идеей «отвлекающего удара», которая нашла конкретное
воплощение в плане, представленном на рассмотрение императору
Александру. Император знал, что человек, который готовил этот
план и собирался его выполнять, всегда тщательно рассчитывал свои
действия, всё предвидя и сочетая тщательно рассчитанную смелость
и непоколебимое упорство. Он мог быть сообразно обстановке и
необходимости и политиком, и администратором, и полководцем.
Кампания, которую он намеревался предпринять, должна была открыть
путь к весьма значительному усилению позиций России на Востоке. В
случае, если бы Турция позволила пройти по своей территории, то
поход Дунайской армии по странам, населённым христианскими
народами, был бы для этих народов предзнаменованием их
освобождения и позволил бы установить между славянами на Балканах
и русскими близкие и прочные отношения, что имело бы большое
значение для будущего. Адмиралу удалось установить контакты со
многими из турецких пашей и договориться о том, что они не окажут
вооружённого сопротивления и пропустят русские войска через
контролируемую ими территорию. Отдавая отчёт в том, что войскам
пришлось бы преодолевать серьёзные естественные препятствия в
гористой местности, две дивизии Дунайской армии были организованы
и оснащены так, что могли пройти везде. Если же турки не
согласились бы на проход русских войск по своей территории,
адмирал Чичагов был готов форсировать Дунай, атаковать их и
двинуться на Константинополь. Черноморский флот был готов
осуществить высадку десанта в Константинополе. «Поход на
Константинополь, который делал возможным создание новой империи,
мог бы, посеяв смятение среди союзников Наполеона, прервать его
вторжение вглубь российских земель. Я был в состоянии внезапно
перейти Дунай менее чем за восемь дней; я вышел бы на подступы к
Балканам ещё до того, как Диван в Бухаресте узнал бы о моих
планах. А когда новость о начале наступления достигла бы
австрийского двора или Наполеона, я уже возможно был бы у ворот
Константинополя. Наши враги, ведущие большую войну, не смогли бы
реагировать достаточно быстро. Тем временем я сформировал бы из
народов этих стран не армию в сорок или пятьдесят тысяч человек,
а тучу солдат, которых можно было бы использовать для
отвлекающего удара и для любого другого предприятия»[31] – писал
Чичагов.
Предложенный Чичаговым план опережал стратегию Наполеона, который
рассчитывал нанести стремительный удар по России, принудить её к
миру. А затем, потребовав у России 100 тысяч войск для усиления
французской армии, Наполеон намеревался повернуть на юг, покорить
Турцию, отняв у неё Константинополь, который он хотел сделать
столицей своей Восточной империи, а затем объединить под своей
властью Восточную и Западную империи. Резервные войска Наполеона,
дислоцированные в Италии, Иллирии и на Ионических островах,
планировалось направить в Египет и восстановить там власть
Наполеона. Что же касается дислоцированных в Константинополе
главных и вспомогательных войск Наполеона, то он хотел
использовать их для продвижения через Малую Азию в Бенгалию и
нанесения удара по «жемчужине английской короны» – Индии. Как
известно, расчёты Наполеона не оправдались.
Справедливости ради следует отметить, что Чичагов допустил
известную долю самонадеянности и не сомневался в том, что
император согласится с его планом «отвлекающего удара». Из
Валахии в Сербию направился авангард Дунайской армии под
командованием генерал-майора графа Орурка в составе 17.250
пехотинцев, 1.950 кавалеристов, 550 казаков, 12 батарейных и 24
лёгких орудий. Остальная часть Дунайской армии была разделена на
пять корпусов под начальством графа Ланжерона, Воинова, Эссена,
Булатова и Сабанеева с задачей нанесения удара во фланг
австрийской армии, противостоявшей Третьей армии Тормасова. 13
батальонов и 19 эскадронов предполагалось оставить на Дунае «для
охранения крепостей и наблюдения турецкой границы» [32] .
Однако император Александр не разделял амбиций адмирала. Он был
озабочен больше всего вторжением Наполеона в пределы России в
июне 1812 года. В своём письме адмиралу он писал: «Ваш план очень
обширен и очень дерзок, но кто может поручиться за его успех? А в
ожидании результатов мы лишаемся того воздействия, которое наш
отвлекающий удар мог оказать на неприятеля, а также на долгое
время теряем возможность распоряжаться находящимися под вашим
командованием войсками, направляя их к Константинополю. Не говоря
уже об общем шокирующем впечатлении, которое произведёт на наших
соотечественников и на союзников – англичан и шведов – подобное
решение, разве это не добавляет нам оснований для
сомнения...»[33]"
![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
